We are the world
Как услышала, так и полюбила.
До сих пор не могу понять, почему любовь не кончается… Слова явно правильные, вроде «Солнечный круг, небо вокруг…», но мимо ушей, инглиш очень и очень bad у меня. Музыка, слов нет, за душу берет, но опять же не шедевр, слышали и лучше. Звезды? Тоже да. Но не могу сказать, что все до одного – мои кумиры (ненавижу это слово вообще-то). Голоса супер? Естественно! На Западе сложно попасть в первые ряды, топы, чарты и пр., даже если фигура хорошая или очень хорошая плюс чья-нибудь жена, муж, дочь, сын, любовница… бойфрендик.
Дело, видимо, в том, что всё вместе. Тогда и получается гармония. Тем более что актеры-певцы – люди надрывные, экспрессивные, вживаются в образ не по-детски, они и жили на сцене в эти часы, и были почти что небожители: с чистыми мыслями, любовью ко всему, слезами хрустальными, только что крылышки не отросли…
И сидим мы, ножками болтая
…на маяке от Влада. Картинка мелковата, но мы с востоковедом точно там. И ножками болтаем: он своими длинными, а я… какими уж есть :))
Хорошо бы еще раз увидеть море. Последний раз это было столько лет назад, что даже страшно, в прошлом веке, ужас и кошмар. Году эдак в 1983-м… А потом пришла пора, не располагающая к поездкам и вообще к отпускам, дикое время. Конец 80-х, 90-е. «Мерзость и запустение, бардак и бездуховность». Спасала семья, подрастали дети, профессия мужа заставляла жить то там, то здесь, везде было по-разному, но по ночам думалось о страшном, я ж иногда точь-в-точь та самая Умная Эльза из немецкой сказки: еще ничего не случилось, и замуж-то не вышла, и дитя не родилось, а она уж плачет-рыдает, что упадет кирка на голову ее взрослому сыну или дочери да и убьет насмерть… И я-Эльза смотрела вперед на два десятка лет, переживая, как будет житься моим деткам.
Ничего. Все обошлось. Жить можно везде и всегда.
А море пусть меня подождет. Хоть какое – отечественное или импортное, какая разница?..
Blue rose и буквы вверх ногами
Когда я была маленькой, мама брала меня с собой на работу, оставить было не с кем. Большой стол, заваленный письмами читателей дорогой редакции. Окно в клеточку – не решетка, нет, просто рама с частыми переплетами, много-много прямоугольников и скрипучая форточка, вечно открытая, потому что раньше в редакциях курили все и много. (Подозреваю, что и везде; любой фильм первой половины прошлого века непременно в дыму: на совещаниях, у тракторов, за кулисами в виду строгого пожарного; в бедных рЭсторанах, в сельском клубе, в лодке, купейном вагоне и на крылечках тож. Герои страдают - и курят; только что объяснились в любви – вышли и закурили; пятилетка не укладывается в четыре года – надо это дело обкурить, и так далее.) Потому мама и держала форточку открытой в любое время года.
Барбра и Барри
Какой-то сегодня день музыкальный. Впрочем, как и всегда, я не могу без музыки.
Скажу честно, Стрейзанд мне совсем не нравится. Даже голос. Даже бесспорный до приторности хит Woman in Love. Не говоря уж о внешности, ревтрибунал. Востоковед просто застывает, когда слышит Барбру, и считает, что я вообще ничего не понимаю ни в музыке, ни в голосах. Фэйс, дескать, тут ни при чем. Наверное, он прав. А Барбре прощу все – за Фанни Брайс из «Смешной девчонки» (хотя до сих пор не могу поверить, что поцелуи с ней доставляли Омару Шарифу удовольствие) и этот дуэт с Барри.
(Bee Gees – отдельная история, лучше и не начинать, иначе впаду в многословие, это тоже любовь навсегда.)
Барбра здесь почти красива не страшна, вот что порой делает с дурнушками возраст (ну и, справедливости ради, мастерство пластхирургов тоже, хотя случай, конечно, сложный).
Барри тоже отнюдь не Аполлон, все Гиббы такие, не дай бог кому увидеть эти зубы на соседней подушке :)))
Но они мужчины. Красота возможна, но не принципиальна. Этим все и сказано.
